silent_gluk: (pic#4742415)
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк ([personal profile] silent_gluk) wrote2017-06-16 02:44 pm

"Веселая Англия-2017". Часть 1.

Ну вот, со второго захода я попала на игру про старую добрую Англию ( http://sherwood-arrow.livejournal.com/ ). (Первый заход был в 2013 году, и туда я почти уже собралась, но не получилось... В моем нынешнем положении есть и что-то хорошее, однако.)

Итак, соответственно, Англия, славный город Ноттингем и его окрестности, 1192 год от Р.Х. (по христианскому календарю), 4952 - от сотворения мира (по иудейскому), а какой от Хиджры - то знают сарацины, вот их и спросите (хотя на самом деле, если кому интересно, 588).



"На дворе - лето 1192 года, вроде как завершается Третий Крестовый поход, того гляди христианнейший король Ричард Львиное Сердце окончательно разобьет сарацин и вернется домой, в родную прекрасную Англию наводить порядок, а то принц Джон и его бароны вконец распоясались за последние три года, да и до того как-то... впрочем, до того правил король Генрих II, помяни Господь его душу во царствии своем, и как-то оно все не так было... то есть так же, конечно, да не так.
На дворе - лето 1192 года, скоро вернется добрый король, дарующий помилование и прощение, призывающий рыцарей и награждающий доблесть, как никто иной знающий, что подобает рыцарю, умеющий отличить царствование от главенства среди торгашей. Король, который, несомненно, принесет из похода процветание и спокойствие. Разве же посмеет хоть один разбойник не раскаяться пред лицом короля?
На дворе - лето 1192 года, скоро вернется в Англию король, не знающий языка своих подданных, не умеющий идти на компромиссы, знающий два мнения по любому вопросу - свое и неправильное. Король, чьи решения даже в мирные дни суровы, будто он все еще окружен войной, а милости непредсказуемы, хоть порой и щедры." (из вводной, http://sherwood-arrow.livejournal.com/120455.html ).

Ну а жизнь идет своим чередом. Рыба ловится, пиво варится, а к меняле и ростовщику Джозефу (Иосифу бен Иакову) приезжает наконец с континента его жена Фейга бат Кейла (знаю, суровый анахронизм, но мне ничего лучшего в момент придумывания имени в голову не пришло; подозреваю, что в истории этой пары вообще хватало анахронизмов) с детьми. Сам Иосиф в Англию перебрался раньше (надо было принимать дела после смерти отца, да и последнюю волю того отца выполнить), но жену в Это Все ("1189, начало осени – еврейский погром в Лондоне. 1189/90, зима - еврейский погром в Норвиче. 1190, март – еврейский погром на Стэмфордской ярмарке и в Йоркском замке.") везти не рискнул. Теперь, видимо, все поутихло (временно?) - и он таки ее выписал. И она добралась успешно. По Англии ее сопроводил некий наемник, которому тоже надо было в Ноттингем, кажется, его звали Джоном (а может, и нет... Я правда не помню, и, опять же, не со зла, а по маразму). Впрочем, все равно ничего интересного в том путешествии не было.

Вскоре пришла весть, что король Ричард взят в плен - уже в христианских землях, в мирное (условно) время - герцогом австрийским (Леопольдом). И надо собирать деньги на выкуп. Много. Очень много. А чтобы поучаствовали все и никто не ушел обиженным - сбор будет проходить в форме нового налога. А финансовый вопрос людей тоже портит, налоги они платить не любят... Так что появилось у нас немедленно подозрение, что _хорошо_ на евреях это не скажется. Даже если у нас найдется чем выплатить налог. (Как ни странно, мы ошиблись. Ну, на момент "до конца игры включительно", т.е. 1193-1194 годы.)

Народ думал, где бы взять денег на уплату налога (и так их вечно не хватает...) и шел к Иосифу закладывать вещи. Тот вздыхал и популярно объяснял, чем иудей отличается от ломбардца, а лавка менялы и ростовщика - от ломбарда. Его внимательно выслушивали и говорили: "Так хорошая вещь-то, берите, только денег дайте!" Иосиф еще раз вздыхал - и давал. Фейга тоже вздыхала, ничего не говорила, но думала: "Погубит тебя твое доброе сердце... И где бы взять денег, а то вряд ли лук, пусть даже и хороший, и со стрелами, примут в уплату налога...". вела хозяйство, занималась с детьми (Сашенька и Витюша стали Шуламит и Александром), которые честно пытались не умереть от скуки - там, в Нормандии, была иудейская община, у детей были какие-то приятели, было с кем поиграть и побегать, в конце концов, Александр уже ходил в школу, а тут... ни общины, ни даже раввина, а разрешить играть с христианскими детьми Фейга не рисковала. Чем меньше контактов с ними - тем лучше и безопасней. Особенно если вы - единственная иудейская семья в округе. Дорогой, я таки все понимаю - дела, завещание отца... Но все-таки зачем мы приехали сюда, где даже раввина нет??? Кем тут вырастут наши дети?.. Они ж так и в христианство перейти могут!..

Нет, они не сидели безвылазно в лавке - ходили и на площадь, даже смотрели турнир и состязание стрелков, слышали и то самое объявление о пленении короля Ричарда, и на ярмарке побывали, и в трактир заглядывали, и на суде побывали, и по всему Ноттингему гуляли - но только с родителями, со строгим наказом ни на шаг не отходить, за юбку держаться и вообще, помнить, что по ним будут судить о всех иудеях, так что ведите себя прилично!.. Ну, сами понимаете, это не совсем то.

Попутно Иосиф пытался выполнить последнюю волю отца - найти рыцаря, который его, Иакова, спас во время Лондонского погрома (отметить коронацию погромом... Ну да, чего еще от этих христиан-то ждать...), и сделать ему что-нибудь хорошее. Т.е. предложить денег, буде тот в таковых нуждается. Без процентов и залогов, да и о возврате не очень напоминать. О рыцаре было известно немногое - только герб. Иосиф прилежно опрашивал приходящих к нему, не знают ли они чей это герб - ""в синем поле сверху гора и крест, снизу - собака"? Народ не знал. Или не говорил. Но тут сэру Гаю (Гисборну) тоже понадобилось, видимо, платить налоги, и он послал (ну да, благородному сэру невместно самому по каким-то иудейским лавочкам ходить) за менялой/ростовщиком - мол, пусть оценит драгоценности. И выяснилось, что герб таки да, его, и он таки да, спас некоего иудея в свое время... В общем, как я понимаю, Иосиф выгреб всю наличность и отнес сэру Гаю - во исполнение воли отца. (Как он сам собирался платить налог - я не представляю и не знаю, как в результате заплатил. Почему не знаю - скоро расскажу.) В результате он не смог раслатиться по какой-то мутной записке, что, мол, я, такой-то, должен такой-то столько-то денет, так вот их отдаст Джозеф-меняла. Поскольку такого-то мы не знали и уж точно не были должны ему денег - расписку решили считать поддельной. Шериф не возражал. Судя по тому, что до суда дело так и не дошло - что-то не то с той распиской таки было.

А тем временем в лавку зачастил сэр Ришар, де Клер-старший. То ему одно украшение оцени, то про другое расскажи... (Вот тут и проявилась моя проблема: я не могу импровизировать. Ну, серьги. Ну, камень в них. Ну, черный. Ну, предположим, морион. А что про него рассказать?.. Фактов про него я не помню, а придумать не могу.) И разговоры какие-то странные ведет - про вызывание духов, про гадания... Странный он какой-то. (Тут мне очень бы хотелось написать, что Фейга чувствовала его опасность и старалась держаться подальше - но нет, она боялась его ровно так же, как всех христиан вообще. Можно было бы также написать, что Фейга чувствовала какую-то духовную связь с ним - потому что именно игрок, игравший сэра Ришара, когда-то играл княгиню Ливен, что спасла семью Люмельских - т.е. мою - многими столетиями позже... ага, все сложно. Но увы - и этого тоже не было.) И покровительство принца Джона предлагает (нет, вот чего не надо - того не надо, и даром не нать, и с приплатой не нать, сколько раз иудеям покровительство обещали - и даже давали, - столько раз ничего хорошего из этого не выходило).

Потом пошли как-то Фейга с Иосифом и с детьми погулять (и почитать новую информацию на стене трактира) - и тут, стоило им немного разойтись, как Фейгу с детьми схватили, запихали в паланкин и куда-то унесли (чем, между прочим, спасли Фейгу от греха чревоугодия - по-христиански - и от нарушения одной из заповедей - по-иудейски. Она хотела супа с копченостями. Я ж говорю, жизнь среди христиан до добра не доведет!). Вероятно, под сильно озадаченные взгляды народа на площади. Выяснилось, что в дом де Клеров. Сэр Ришар хотел чего-то странного. Детей почти сразу забрали и куда-то увели (впрочем, подозреваю, сложности положения они не оценили и были попросту счастливы: большой господский дом, куча прислуги, пажей, оруженосцев и т.д., есть среди них и как раз подходящего возраста!.. Живем!.. Во всяком случае, в английском языке они _сильно_ продвинулись. Родной-то язык у них французский. Дому - мои соболезнования. _Отрывающиеся_ дети - это страшно. Масштаб бедствия оценил даже сам сэр Ришар, распорядившийся, чтобы с детьми занимались чем-нибудь полезным: мальчика учить латыни, что ли, девочку - вышиванию... Оценил он, подозреваю, масштаб не только бедствия, но и проблемы, потому что обеспечить кашрут и все такое человеку другой культуры, не имеющему под рукой ни Интернета, ни хотя бы еврея - Фейгу по каким-то причинам он не спрашивал, Иосифа - не рискнул, а больше никого и не было, - квест еще тот. Но по крайней мере с физическими потребностями - АКА с правильным кормлением - справиться удалось. С духовными, подозреваю, было сильно хуже, хотя вечером пятницы в комнату, где обитала Фейга, приносили свечи и приводили детей. Так что редуцированный Шаббат у нас был.).

А сэр Ришар начал... Нет, даже не склонять к сожительству. Он начал вести сложные философские разговоры и жаловаться на жизнь (и плащ дал). И рассказывать, что вот, мол, он полюбил ее, Фанни (для англичан Иосиф и Фейга были Джозефом и Фанни, Шуламит, кстати, - Шейлой, ну а Александр интернационален), даже гадалка нагадала ему, что его судьба будет связана с женщиной иной веры... Даже иногда Фейгой ее называл. На здравое возражение, что, вообще-то, Фейга замужем, начал говорить, что после _такого_ муж не поверит, что ничего не было, да и вообще, Фейгина репутация... На что было отвечено, что с мужем мы клялись верить друг другу, а репутация... а перед кем, собственно говоря, Фейге в Ноттингеме репутировать??? единоверцев нет, а насчет Иосифа - см выше. И все это - на фоне философских разговоров. Что дозволено и что нет - Фейга сказала, что вообще, по сильной нужде, некоторые заповеди нарушать можно, но есть те, которые нельзя нарушать ну вот _НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ_. Например, нельзя принимать другую веру или хотя бы утверждать, что ты иной веры. О мире с собой. В чем смысл женской доли. Можно ли сделать счастливым насильно? А что Фейга скажет, если он, сэр Ришар, предложит ей уехать в Палестину?.. Вот все говорят: "В следующем году - в Иерусалиме", так вот будет вам по слову вашему. Фейга... впрочем нет, не Фейга, а я... пыталась как могла утешить сэра Ришара, поскольку считала - впрочем, мы обе считали - его глубоко несчастным человеком, ему бы с раввином поговорить или хоть с духовником, да где взять раввина, а христианские священники - один дядюшка, а второй в отпущении грехов отказывает... отказать-то просто, а помочь несчастному некому, поскольку в такой ситуации от дядюшки проку мало. Ну и люди - не то удивительно, что они короля потеряли, а то, что обрели, сжалился над ними Вс-вышний... А что может простая иудейка? Разве что пытаться как-то отвечать на его вопросы, утешать его, убеждать, что все еще может быть хорошо, что ваш христианский бог до последнего дает шанс раскаяться и спасти душу...

Все это, естественно, было с перерывами - ибо у сэра Ришара была и какая-то другая жизнь (то разбойники, то - как мы с Фейгой с большим удивлением узнали - даже арест за похищение; потом под залог выпустили). В промежутках Фейга, снабженная письменными принадлежностями - как сказал сэр Ришар, Вы проведете тут много времени, сможете продвинуться в стихосложении, на что Фейга ответила, что проблема не во времени, а в способностях. Тогда просто пишите, - сказал сэр Ришар - ну вот она и писала (о чудо - мы не перемазались чернилами по уши!). Сначала не то письмо, не то завещание Иосифу, потом послание на тему "Меня похитил де Клер-старший, спаси хотя бы детей!". В промежутках она стояла у окна и взывала к проходящим мимо добрым людям, прося отнести весточку Джозефу-меняле. И щедро давала по две жемчужины согласившимся (тоже двум). (Поскольку я заранее знала, что Фейгу будут похищать, я думала, как бы к этому подготовиться. Решила, что коробочка "драгоценностей" для подкупа будет как раз хороша.) Узнавала новости от слуг. И мы с ней развешивали уши на происходящее в других комнатах - там вспоминали разные байки с других игр.

В какой-то момент сэр Ришар, видимо, на что-то решился - и начал уговаривать Фейгу напоить его из ее рук. Фейга бы и напоила, ей не жалко, но я вспомнила пункт из правил по моделированию: "Акт физического соития. Мужчина (активный участник акта) пьет воду (не менее трех глотков) из ладоней женщины (пассивный участник акта), сомкнутых лодочкой. Вода может быть заменена любым другим напитком по желанию игроков.". Сэр Ришар просил его поить не из ладоней, а из кружки, но... знаете принцип "ограды вокруг заповеди"?.. Скажем, вот птица, в принципе, не мясо, и ее, теоретически, можно было бы есть с сыром - как известно, иудаизм запрещает одновременное - без разрыва в несколько часов - потребление мяса и молочных продуктов; но вдруг кто-нибудь увидит, как вы едите мясо птицы с сыром? Он же не будет знать, что это мясо не животного, а птицы. И решит, что мясо с сыром можно. И нарушит заповедь. Так что птицу с сыром тоже нельзя. Не потому, что в Торе запрещено, а чтобы не было нарушений по ошибке. Ну так вот, именно из этих соображений я уперлась, как Ивашка, запихиваемый в печь. Сэр Ришар понял, что мы уперлись... И сказал что-то на тему, "велика Англия, а поговорить не с кем, вот и Вы, Фанни"...

"Так что, в этом вся проблема??? И из-за этого столько мороки????" - поразилась Фейга. О! А если... Вот знаете, сэр Ришар, бывает... я не знаю, как это сказать, если два мужчины - они становятся побратимами. У женщин - посестринство. А вот у мужчины и женщины?.. Как Вы к этой идее? Тогда мы сможем говорить сколько влезет. (А что я болтлива - кое-кто может подтвердить, увы. А сочувственно вздыхать и поквакивать могу так и вообще до бесконечности, если у меня вязание не отбирать.) Иосифу я объясню. (Раввину, в потенциале, тоже, а со священником не Фейге объясняться, ура! А о родителях она не подумала.) Кажется, сэр Ришар слегка подзавис, но согласился. И отдал Фейге в залог этого побратимства-посестринства сережку своей матери (Фейга решила, что попросит переделать ее в подвеску и будет носить). А Фейга ему - заморскую диковинку для смотрения вокруг. В нее смотришь - мир кажется таким странными и интересным... (на самом деле это талейдоскоп). На самом деле, надо было бы обменяться нательными крестами, но где ж Фейге взять нательный крест? Да и ей даже чужой крест носить как-то нехорошо... На этой идее сэр Ришар ушел, предварительно прочитав то письмо-завещание - Фейга не возражала, она даже помогала разбирать свой почерк - и сказав, что он его, письмо, доставит по назначению.

Озадаченная Фейга села и стала ждать. И вязать. Тут к ней пришел сэр Робер де Клер, младший... В принципе, он заглядывал и раньше, сильно озадачился увиденным, но решил, что это не его дело. А теперь вот понял, что если он не возьмет решение проблемы в свои руки - проблема не решится. И спросил, не кажется ли Фейге, что с его братом что-то не то, и что именно это не то, как она полагает?.. Фейга сказала, что не то - это точно, а вот что именно... Либо он сумасшедший, либо околдованный - мы, иудеи, в ведьм не верим, но у вас тут сбежала ведьма... По идее, священник должен знать, как определить околдованность. Может, Вы, добрый сэр, хоть детей выведете - они ничего никому не расскажут, они ни в чем не виноваты... Но сэр Робер сказал, что готов вывести их всех. Фейга засомневалась: не устроит ли сэр Ришар, обнаружив такой сюрприз, чего странного, не прибьет ли брата... Но сэр Робер ее успокоил - и воссоединил семейство, глава которого тем временем тихо зверел и уже взял в залог кинжал (интересно кстати, у кого?.. Потому что Фейге мерещилось, что похожий она видела у де Клеров...). Хороший кинжал, с украшенной рукоятью... Но на месте отдавшего его в залог рыцаря Фейга бы не стала приходить за ним - Иосиф дал за кинжал куда больше, чем он стоил. Ибо дорога ложка к обеду.

Впрочем, что делал Иосиф, он расскажет сам, ибо Фейга сама-то того не видела...

Сэр Робер посоветовал пока "женщинам и детям" сидеть дома и никуда не выходить - но в окно-то он смотреть не запрещал!.. В окно Фейга видела и разговор братьев - вроде оба живы остались и даже не подрались, уже хорошо, через окно же поговорила с сэром Ришаром, подтвердив, что да, она помнит, о чем они говорили, да, это в силе остается, что, прямо сейчас поговорить?.. Она как раз собиралась сказать, что, наверное, Вас теперь следует называть не "добрый сэр" (что она упорно твердила все время заточения, на что сэр Ришар отвечал, что он не добрый, а Фейга - что все люди добрые), а "сэр Ришар"?.. А дети явно хотели спросить, можно ли им еще прийти к новым приятелям (Фейга была бы в сомнениях: немного бы переждать, выяснить, что там с побратимством, сэром Ришаром и его психикой). Но тут пришел сэр Робер и позвал брата в церковь на венчание (свое, в смысле, сэра Робера; на ком он женился - Фейга не знала, хотя отстраненно подумала, что, получается, сэр Робер ей тоже родня... И его жена... А, вот, он на леди Элинор, сестре сэра Гая, женился. Ну что, совет да любовь!..). В окно же она видела, как сэр Ришар куда-то сопровождает компаньонку сестры сэра Гая, о чем-то с ней разговаривает - и радовалась, что вдруг названый брат наконец нашел счастье и мир с собой. Вообще в окно было видно много чего. Хорошо лавка была расположена, с видом на площадь...

В сущности, Фейга понимала, что она-то считает сэра Ришара своим побратимом. Слово произнесено, "карте место". Что думает он - то его проблемы. Если выяснится, что для него это была просто игра и пустые слова - увы, в нашей семье горе, мой брат оказался недостойным человеком. Но это его не может сделать не-братом.

Впрочем, Фейга не только смотрела в окно. Она еще и рассказала всю эту историю Иосифу, который сказал, что эти де Клеры хорошо устроились - как вот ему теперь, если что, брать процент с брата жены??? "Брата жены" они обсудили и сошлись на том, что он явно был ненормален. С раввином бы ему поговорить, или хоть с духовником, но раввина в зоне досягаемости нет вообще, а священника нет, когда он нужен (это Иосиф определил опытным путем, когда пытался поймать о.Мартина, чтобы тот сделал хоть что-то с сэром Ришаром по духовной линии). Решили, что если дело дойдет до суда - будут свидетельствовать в его пользу, ибо он ничего не сделал - хотя мог (если что - физически Фейга вряд ли смогла бы ему что-то противопоставить; хотя была у нее острая шпилька - но вряд ли она решилась бы пустить ее в ход; правда, на мостовую из окна она посмотрела и с удовольствием отметила, что высоко, если что, есть шансы разбиться насмерть, а детей тогда отпустят, ибо на кой они именно как Шуламит и Александр, а не как дети Фейги, сэру Ришару?), - о детях заботился, давал возможность соблюдать традиции...

В окно же она видела и поединок человека с двуручным мечом, что участвовал в турнире, сражаясь с сэром Гаем на неравном оружии, а в остальное время в основном сидел в трактире, единственный в Ноттингеме обладатель двуручного меча... Так вот, этот человек сошелся в поединке с сэром Ришаром - и убил его. Неравным, опять же, оружием...

Вот тут Фейга не усидела дома и помчалась туда. Собственно, а зачем?.. Что-то сделать она уже не могла. Названого брата уносили в церковь, все сгрудились вокруг сэра Гая, которого кто-то там (из разбойников, что ли) пырнул ножом, но не дорезал... Фейга вспомнила, что, вообще-то, ее учили лекарскому мастерству, а сэр Гай спас отца ее мужа, и сделала несколько осторожных шагов к сэру Гаю. Но рядом с ним уже был рыцарь-иоаннит, точно обученный лекарскому мастерству лучше, чем Фейга... А вот в толпе вокруг был этот человек с двуручным мечом. На которого бросилась с ножом обезумевшая от горя леди Джейн (как выяснилось позже, таки невеста сэра Ришара) - увы, не дорезала... Но Подала Идею.

Впрочем, сначала надо было попрощаться с названым братом. Его отнесли в христианскую церковь, а до кладбища потом надо будет еще суметь добраться, так что Фейга, прихватив камешек со своей родины, из Нормандии, осторожно пробралась в церковь. Сказала, что, мол, братец, мы так и не поговорили, не успели... Но вот - у нас принято на могилу приносить камешки, а не цветы... Этот камешек не из Палестины, но из Нормандии, надеюсь, он Вам понравится... Уронила слезу - что характерно, реальную! сама озадачена! - и осторожно убралась. (Степень ошизения монахини, читавшей над покойным что-то священное, вероятно, была велика.)

И пошли Фейга с Иосифом сидеть шиву. (Если кому интересно - то вот: https://toldot.ru/traur.html . Правда, никогда не пробовала спрашивать, как сидеть шиву по христианину...). А когда пришли, кстати говоря, нашли у дверей сверточек. А в нем - вторая сережка матери сэра Ришара и талейдоскоп.

Потом Фейга поймала о.Мартина и сунула ему жемчужину: мол, я знаю, что у вас, у христиан, принято давать деньги или что-нибудь, чтобы помолиться за душу усопшего. Так вот, это Вам - и помолитесь за душу сэра Ришара... На озадаченный вопрос священника, мол, Вам-то, иудейке, какое дело до христиан, их обычаев, сэра Ришара и его души??? было объяснено, что да, он сэр и христианин, но что делать - он мой побратим... Глаза священника приобрели приятную величину и квадратность. (И хорошо, что он не сказал, что именно он в свое время отказался отпускать сэру Ришару грехи, а теперь - отпевать, а то был бы и межконфессиональный конфликт: иудейка учит священника, как тому правильно отправлять свои обязанности. Но жемчужину, что характерно, взял. С другой стороны, не менее характерно, что спасение души названого брата Фейга оценила вдвое дешевле, чем передачу весточки мужу. С третьей стороны, она полагала, что молиться за усопших - это _обязанность_ священника, кто не хочет молиться за _всех_ усопших, тот просто не становится священником, и дары тут ни при чем.)

Попутно Фейга с Иосифом (воистину святой человек... Что по игре, что по жизни...) сходили на кладбище, поискать могилу сэра Ришара и присмотреть за ней, если что (не нашли; спрошенный могильщик, он же много чего, сказал, что тело увезли "на историческую родину", есть только какая-то дальняя родня, а может, и не родня, а может, и не есть... Но любопытство затаил и после игры спросил. Узнав - тоже обрел большие и квадратные глаза. Ну а что? Правда ведь...) а заодно Фейга думала, что надо бы как-то выразить свое одобрение (в результате поклонилась и сказала "спасибо") и поддержку (не придумала, как) леди Джейн. Но у шерифа поинтересовалась, что же с той будет?.. Узнав, что, по идее, произошедшее можно квалифицировать как драку, т.е. нападавшая будет приговорена к штрафу, облегченно вздохнула. Хоть с этой стороны проблем нет, в кои-то веки...

И за брата надо, по идее, как-то мстить... (Что он был человеком принца Джона, и человек с двуручным мечом - он же "неблагородный сэр с во-о-от таким мечом", заморачиваться его именем Фейга не желала: вот еще, помнить имена _неблагородных_ - имел шансы на веселую, но недолгую жизнь, Фейга просто не знала.) Потом до нее дошли слухи, что "неблагородный сэр" таки ждет суда за эту историю - и Фейга решила выступить против него на суде. Это будет хорошо и правильно. Потому что месть - это все же не то. Это не очень правильно, разве что от безысходности.

В городе тем временем происходило много интересного, правда, Фейга этим не очень интересовалась, погрузившись в изучение внутреннего мира и скорби. А также в размышления, что делать с неблагородным сэром... Вон, и ученик его, завладел мечом мастера - и что же? Начал немедленно на невинном дереве практиковаться. Верно говорят, яблоко от яблони недалеко падает... Ну, пока будем демонстративно не поворачиваться к нему спиной и пытаться держаться подальше.

К тому моменту, как собрались судить (и казнить, потому что оправдаться у него вряд ли получилось бы) того, что покушался на сэра Гая, Фейга решила, что на такое зрелище можно и пойти. И детей сводить. На суд, естественно, к моменту казни уйти. Но тут вернулся король Ричард (до того представавший как Черный Рыцарь), спас покушавшегося и забрал его себе в слуги (?). (Шипение Фейги: "Иосиф, таки чей герб: два лежащих льва на красном поле???" Ну далека она от геральдики, только герб сэра Гая выучила, и то методом попугая.) Кто-то зарезал-таки сэра Гая (за что??? Или его зарезали раньше?..Но если и раньше, то ненамного).

Народ потянулся к дому шерифа, куда ушел король. Пошли и Иосиф с Фейгой, которая подозревала, что по такой жизни суда над неблагородным сэром не будет, а потому не стоит ли упасть в ноги королю, мол, Ваше Величество, этот человек убил моего побратима в нечестном бою!.. Иосиф убеждал, что не надо, во-первых, пусть дела христиан их делами и остаются, во-вторых, у сэра Робера прав требовать правосудия куда больше. Вот если он потребует - тогда мы выступим свидетелями, а пока - не будем будить лихо.

Толпа у дома шерифа занималась двумя взаимоисключающими занятиями: развешивала уши по направлению к дому и общалась. Периодически из дома кто-то высовывался и просил не толпиться и не галдеть. Безрезультатно.

Король перебрался в ратушу. Толпа потянулась следом. Фейга поняла, что либо она сама что-то решает с неблагородным сэром, либо ничего не будет решено. В ноги королю падать Иосиф еще раз отсоветовал (кажется, в этот момент он даже порадовался, что сэр Ришар умер, а то у людей принца Джона теперь могут быть неприятности, а жена явно пойдет заступаться за брата... Как там у Симонова, которого ни Иосиф, ни Фейга не читали "по техническим причинам"? "И если сын обижен ни за что, заняв на бесплацкартный у знакомых, в своем потертом стареньком пальто они дойдут до самого наркома"...), значит, оставался путь леди Джейн. И будущих террористов-народовольцев (которые, как известно, с места теракта не сбегали, спокойно признавались, что да, это именно они убили кровавого сатрапа за то, то и вот это тоже). А где-то тут ходил Клем, воспитанник-оруженосец-шут сэра Гая, но неважно, кто он был, важно, что он ходил с двумя кинжалами. Значит, один может и одолжить на минутку. Клем просочился в ратушу, куда, вообще-то, никого не пускали. У Фейги не получилось. Вопрос "что делать" встал особенно остро. Но тут король понял, что в ратушу лучше пустить - а то народ так случайно сомнет ее и не заметит... В общем, пока король Ричард вершил суд и проявлял милосердие, Фейга нашла взглядом неблагородного сэра, убедилась, что он очень удобно стоит, протолкалась к Клему и театральным шепотом попросила его одолжить кинжал на минуточку. На естественный вопрос "зачем" ответила, что, мол, вон того прирезать, который с большим мечом. Клем не стал выяснять, зачем _это_, просто сказал, что у него самого аналогичные планы, к сожалению, на другого человека, так что выполнить просьбу не может, увы...

Гм. Что Делать??? Была идея стащить/выпросить стрелу у кого-нибудь из пришедших объясняться разбойников (помнилось мне, что стрелой можно дорезать, как кинжалом). Правда, Фейга не имела ни малейшего представления, как зарезать человека и сумеет ли она (а я все равно я правил по боевке не знала, потому что полагала, что что-что, а они мне не могут потребоваться потому, что не могут потребоваться никогда). Но Надо Же Ж! Но потом Фейга придумала лучше

Когда Клем стал сэром Клемом ("а я говорила..." - подумала Фейга, которая когда-то сказала Клему в ответ на его удивление, что его назвали "добрым сэром", что когда-то же он станет рыцарем, так пусть привыкает), когда были благословлены потенциальные новобрачные, куплен угорь, прощены разбойники, а поместье сэра Ришара перешло неблагородному сэру, когда народ стал расходиться, Фейга сбегала домой, взяла тот самый кинжал с богато украшенной рукоятью, сунула его за пояс и пошла искать неблагородного сэра. В трактире его не было. Обнаружился он в церкви в процессе исповеди. Народ уже стоял под церковными дверями, но хотел он священника, так что планы Фейги в это замечательно вписывались: вам священник, мне - этот человек. Фейга дождалась конца исповеди (размышляя, как же люди носят оружие - это же НЕУДОБНО!), дождалась, пока неблагородный сэр выйдет, пару раз прошлась туда-сюда за его спиной (на что он не обратил ни малейшего внимания), а потом вышла вперед и сказала, что, мол, сэр (демонстративно опустив "добрый" или "благородный"), хочу Вам кое-что показать и кое-что сказать. Дождалась явно выраженного согласия, вытащила кинжал (добавив при этом "Вы не бойтесь") и показала. И сказала, что она несколько раз прошла за спиной собеседника, и единственно, почему она, Фейга, не воткнула этот кинжал в спину собеседника и убийцы названого брата, так потому, что подумала и сочла его, собеседника, недостойным своей мести. Подумала и добавила: но в суде против Вас свидетельствовать это никоим образом не помешает. Благодарю за внимание.

И пошла своей дорогой. Домой. (Подозреваю, что он решил, что это какая-то местная сумасшедшая, но надеюсь, что он был хоть сколько-то озадачен.)

(А еще неблагородный сэр, как выяснилось, пытался добыть яд... Для своего же родственника. Что, тут кто-то еще сомневается, что он неблагородный???)

А потом игра кончилась совсем. Но слова сэра Ришара про то, что ну неужели вы считаете идеальной участью вести хозяйство, рожать детей - а потом видеть, как этих детей убивают в очередном погроме??? нашли отклик в душе Фейги. И действительно, вот говорим-говорим про "в следующем году - в Иерусалиме", так почему бы не?.. Возможно, семейство Иосифа таки добралось до Палестины. Может быть, там и осталось, а может быть, потом вернулось в Европу, а может быть, так и не добралось, решив, что "не стоит ждать добра от доброго человека" (в смысле что от добра добра не ищут) и лучше вернуться на неисторическую родину в Нормандию. Мне бы хотелось, чтобы они добрались до Палестины. (Интересно, не стала бы Фейга в том климате тосковать по английской прохладе?) Чтобы их потомки пережили все эти столетия, и чуму, и войны, и Холокост... И если так и получилось - в их семье передавалось: а вот еще есть такие де Клеры (и не только), чьи предки в 12 веке жили в Клермонте, так они нам родня. Дальняя. Наши ветви в 12 веке разошлись. Они-то об этом, может, и забыли, да мы-то помним. Поэтому к ним обращаться за родственной помощью не надо, но если так случится, что помощь понадобится им - так знайте, что это родня.

Ну вот, это был персонажный отчет, в который, впрочем, влезло все то, что на _игре_ видела я, Молчаливый Глюк. (На _полигоне_ я еще видела много цветочков, но это своим чередом.) О степени моей вовлеченности в активные действия может свидетельствовать тот факт, что я успевала отвязывать норму: шестиугольничек, квадратик и полоску. Дома мне это удается с большим трудом. Вот что делает отсутствие Интернета... С другой стороны, взятую ("Я не могу без книжки!") книжку (очень анахронистичную - "Черные звезды" Савченко) я так и не почитала, т.е шансов умереть от скуки у меня не было.

Теперь обо мне. Мне очень понравилось, как мастера и игроки старались смягчить возможную психотравму. В моем случае - с похищением, взятием детей в заложники и т.д. Осторожно спросили, не против ли я, обговорили пожизневые детали (я сказала, что мне-Глюку надо возвышенное место для сидения, но в крайнем случае возьмете у нас табуреточку - не взяли, поэтому Фейга при приходе де Клеров вставала "виртуально", реально вылезая из кресла только для того, чтобы воззвать к добрым людям, - а мне-Фейге очень хочется на ярмарку, но я-Глюк не возражаю против похищения с нее). Но вот странно: мне совсем не было страшно или что-то еще. Я постоянно осознавала, что если мне остоюбилеит этот процесс - я могу в любой момент встать и уйти. Совсем. Хоть в лавку, хоть в палатку, хоть в мастерятник, хоть с полигона (хотя последнего лучше не делать - одной мне выбраться будет сложно, а у Романа своя игра, свои завязки, и вообще, всему же Должны Быть Пределы!). Мне - не знаю, которой мне - наверное, все-таки нам обеим - было жаль сэра Ришара, но разговаривала с ним, да и вообще всю игру действовала я-Глюк. Я-Фейга... Не знаю, была она или нет (и как ее увидеть), но слезы над сэром Ришаром были настоящими. Очень странное ощущение: плачешь, удивляешься этому квадратеешь глазами, но все равно плачешь... Мне Хельвдис (сэр Ришар) потом сказала, что я очень грамотно себя вела, никакого стокгольмского синдрома... А я до сих пор не понимаю: какой стокгольмский синдром, если в любой момент можешь прекратить это все?.. Поэтому я была готова рыдать от счастья: это все понарошку, я никого не предам на самом деле!.. Дайте две, три, больше, больше!!! Но на самом деле-то все было бы совсем не так. Впрочем, и есть.

С другой стороны, я не могу вжиться в ту психологию, в тот мир. Я все время остаюсь собой - плюс нечто внешнее. Например, обращение "добрый сэр"/"добрый человек" (и это съедается, водителя машины, что нас подбросила до станции, я таки "добрым человеком" назвала, контролеров в электричке - уже нет, поймала себя за язык.

Что удивительно - на этой игре я особенно много взаимодействовала. Пусть "отвечая на вызов", а не бросая его, пусть - только с одним человеком единовременно - но все равно удивительно и непривычно. "К чему бы это". Впрочем, подозреваю, что меня спасло недостаточное (мягко говоря) знание правил. Если бы я их прочитала внимательно... Наверное, я бы очень боялась шаг ступить и слово молвить. Потому что выучить правила не смогла, а "естественными" они для меня не были. Впрочем, аналогичный результат был бы достигнут, если бы я лучше знала эпоху... "Незнание - сила", но злая.

Может быть, действительно, в идее поехать на игру, от которой тебе ничего не надо, что-то есть.

А зимой мы спали, и это было глубоко правильно, хорошо и ква.

А, да, чуть не забыла. Мне очень понравилось окончание игры. То есть его постепенность. Вот король вернулся - кто хочет, может тихо сворачиваться, кто нет - дать своим персонажам еще немного пожить. (Мне очень повезло, с "неблагородным сэром", да...)
sandy_cat: (Нянко-сэнсэй)

[personal profile] sandy_cat 2017-06-17 11:48 am (UTC)(link)
Здорово, глубокая у тебя была история.