silent_gluk: (Книги-детская литература)
Забавно находить неожиданные параллели. А потом долго думать, имел это в виду автор или нет?..

Вот, скажем, одна из центральных тем "Умницы Марго" - ребенок-иностранец, зарабатывающий себе на жизнь тем, что служит компаньонкой-учительницей иностранных языков для детей из богатых семей. И вспомнилось мне у Бруштейн, "В рассветный час" - когда Поль узнает, что племянница ее, Луизетта, осиротела, и вот все решают, что делать теперь. "Наконец «мсье ле доктер», то есть папа, возвращается домой. Он зовет всех — и я иду со всеми — в кабинет на семейное совещание. Как поступить? Выписать Луизетту сюда, отдать ее в услужение каким-нибудь людям, которые хотят, чтобы их дети научились говорить по-французски, или же Полю возвращаться во Францию? [...] — В таком случае, — говорит папа, — совершенно отпадает необходимость отдавать девочку в услужение каким-нибудь Шабановым! Кем она будет в такой семье? Французской куклой для избалованных, капризных и недобрых детей!
— Но зачем непременно отдавать ребенка в услужение? — горячо возражает мама. — Она может просто жить у нас, будет расти вместе с Сашенькой, и все!
— Очень хорошо! Допустим! — спорит папа. — Конечно, у нас ей будет хорошо, она будет, как своя, родная девочка. Ну, а как быть со школой? Ребенок должен учиться, а она вырастет без образования, неучем вырастет!.. Сколько вам было лет, когда вы приехали в Россию? — спрашивает папа у Поля.
— Двадцать шесть.
— Значит, вы до двадцати шести лет жили на родине, среди на родине, среди людей, которые говорили только по-французски, да еще вы учились во французской школе. Поэтому вы были и остались француженкой. А тут приедет ребенок одиннадцати-двенадцати лет, он будет жить в чужой стране, среди людей, говорящих на чужом языке. Можете мне поверить: она забудет родной язык. Может быть, не вовсе, не начисто, но в значительной степени. Будет говорить на какой-то смеси французского и русского… Что же вы дадите ей взамен родины и родного языка?
Поль слушает папу очень внимательно. Видно, что в уме ее идет сложная работа и что папины доводы кажутся ей убедительными.
— Значит?.. — говорит она вопросительно.
— Значит, надо вам ехать во Францию, — отвечает папа."

И вот не является ли эта сцена у Бруштейн отголоском, откликом на повесть Чарской?..

PS. А еще интересен "технически-исторический" аспект: в то время (начало 20 века) возможен ли был такой "семейный подряд", когда семья сама и снимала фильмы, и показывала их, владея небольшим кинотеатром?...
silent_gluk: (Книги-детская литература)
Современные "дети подземелья". Разве что герои постарше. И Тыбурция нет...

Но вот что мне подумалось... В дореволюционной литературе тема "жалости к современникам" - или к более-менее современникам (т.е. показывался какой-нибудь нищий, голодный, оборванный ребенок и его страдания) была достаточно развита (у той же Чарской, у Диккенса, у Короленко, опять же)... Эта тема вела к разному - от воспитания "христианских чувств" до "нагнетания революционной обстановки", занимала в произведениях различное место - но она была. И, кроме того, страдали _современники_.

В советской литературе... страдали дети "дореволюционные" (та же "Динка" Осеевой, "Дорога уходит в даль" Бруштейн и т.д.) - но подтекстом было: "а потом пришла Советская власть и все стало хорошо!". Беспризорники времен Гражданской войны? Возможно, но мой склероз решительно отказывается привести пример. Дети времен Второй мировой войны - особенно на оккупированных терирториях - да, несомненно (и опять тот же подтекст: "А потом пришла Красная армия и все стало снова хорошо"; а иногда это было даже не подтеустом, а вполне себе явным и открытым текстом). Ой, чуть не забыла: дети капстран! Конечно же. (А вот примеров я сейчас и не приведу... рассказы Кальмы?... нет, не помню).

Все это было очень хорошо и так же воспитывало умение сочувствовать и все такое, но это же было "про тогда". Т.е., возможно, складывалось впечатление, что _теперь_ (1950-1980-е годы) уже все хорошо, дети, оставшиеся без попечения родителей, попадают в хорошие детдома или интернаты, никто не брошен (см. Лиханова, к примеру, или Воронкову... Там это достаточно вскользь, но все же есть)... Конечно, сирот тоже надо жалеть - но это не так явно... ну вот голодный, оборванный, замерзший ребенок - ясно, что ему плохо. А детодомовец? Сыт, одет, обут, учится... вот разве что о родителях грустит иногда (я имею в виду то, как это подавалось в литературе) - зачем же его жалеть? Он ведь почти такой же, как читатель! (Речь идет о детской и/или подростковой литературе). И подтекст гласил: "А сейчас все хорошо!".

Потом, во времена перестройки и позже, появилась масса литературы о беспризорниках, ужасах детдомов и т.д. См., в общем, дореволюционную литературу. Вот разве что страданий малолетних циркачей и актеров нет. Или это просто мне не попадалось?...

Это я все к чему? А к предположению: не получалось ли так, что читатели советской детской литературы были... менее внимательны к проблемам окружающих - мол, ведь все же хорошо! А голодающие дети и беспризорники - те только за рубежом или в далеком прошлом...
silent_gluk: (Книги-детская литература)
(Воспоминания воспитанниц институтов благородных девиц).

Вот говорят, что в детской культуре сохраняются отголоски вполне взрослых древних, языческих ритуалов и т.д.

А вот читаю этот сборник (охватывающий время с середины 18 века и до 1917 года) - и замечаю, как то, что было "нормально и в ногу со временем" в веке 18, сохранялось и сохранялось до 20 века, как из поколения в поколение (и из института в институт) переходили термины и "основы поведения" (хотя насчет поведения - может быть, и сейчас в подобных условиях дети бы разбились на точно такие же группки?). Иногда, конечно, появляется что-то новое. И сначала резко отверается, а потом уже становится нормой... "Внешняя жизнь" почти не отражается на институтах - вплоть до второй половины 19 века (если считать усилия отдельных педагогов) или вообще до 20 века.

Нет, своеобразный был этот мир. И, между прочим, одновременно и "резко отличающийся" от того, что описан у Чарской или Бруштейн (ну что делать, это были два основных моих источника познаний об институтской жизни), и похожий... Как бывают похожи "реальный пейзаж" и картина.

Спасибо [livejournal.com profile] thelli за книжку!
silent_gluk: (Удивительное (глазки))
В свое время я читала в книжках - да вот, например, у Бруштейн: "резинка - одна половинка ее светлая, другая темная: под карандаш и под чернила" - о существовании "ластиков для чернил".

Несколько проверок показали, что единственным результатом приложения нынешнего ластика к нынешним же чернилам (из шариковой ручки) бывает дырка в бумаге.

И было мне очень интересно: неужели "раньше" действительно существовали такие ластики и такие чернила, которые в сочетании к дырке в бумаге не приводили?...

Интересно мне это до сих пор. А также интересно, почему _теперь_ ситуация изменилась: чернила стали более "въедливыми"? секрет изготовления "ластиков для чернил" утерян? или что?..
silent_gluk: (Default)
Странная мысль тут пришла мне в голову: а не является ли трилогия Бруштейн (в особенности, конечно, вторая-третья части) неким "ответом Чарской"?... И там, и там описывается институт - но с совершенно разной "исходной установкой", и там, и там есть схожие моменты (например, травля учителя, который оказывается хорошим, истории с написанием некой работы за "подругу" - причем в последнем случае, кажется, сходство чуть ли не на уровне оборотов: "Ceгoдня yчитeль нeмeцкoгo языкa Пeтp Aлeкcaндpoвич Изeнфлям (кcтaти, oдин из лyчшиx нaшиx пpeпoдaвaтeлeй) зaдaeт нaм нaпиcaть тyт жe, нa ypoкe, клaccнyю paбoтy: пepecкaз "cвoими cлoвaми" мaлeнькoй бaceнки из xpecтoмaтии. Для мнoгиx yчeниц этo - тpyднoe дeлo: гдe иx вoзьмeшь, эти "cвoи cлoвa", нa чyжoм, нeмeцкoм языкe? Пoмoчь пoдpyгaм в этoм тoжe нeлeгкo. Этo вeдь нe диктoвкa, кoтopyю мoжнo дaть cпиcaть xoтя бы cлoвo в cлoвo. Знaчит, ocтaeтcя oднo: я пишy для двyx cвoиx coceдoк Зины Кpичинcкoй и Coни Пaвлиxинoй двa paзныx пepecкaзa, нe пoxoжиx oдин нa дpyгoй. Дa eщe эти пepecкaзы дoлжны быть oчeнь пpocтeнькиe, дaжe нaивныe, чтoбы yчитeлю нe пoкaзaлocь пoдoзpитeльнo, пoчeмy этo двe дeвoчки, oчeнь cлaбo знaющиe нeмeцкий язык, вдpyг нaпиcaли cвoбoднo и "зaтeйливo"..." и "Caшa Poгoвцeвa тpeвoжнo cлeдит зa тoнкoй, xoлeнoй, c oтшлифoвaнными, кaк зepкaлo, нoгтями, pyкoй cвoeй coceдки. Pyкa Cфинкca лeтaeт, кaк птицa. Пoлcтpaницы гoтoвo... Tpи чeтвepти... Bcя! Teпepь тoлькo пepeвepнyть и нa дpyгoи cтopoнe дoпиcaть нeмнoгo. Poгoвцeвa cчитaeтcя cлaбoй yчeницeй, oнa нa дypнoм cчeтy. Ee клaccнaя paбoтa нe дoлжнa быть cлишкoм длиннoй, a тo нe пoвepят, чтo oнa, Сaшa, пиcaлa ee caмa. И выpaжeния дoлжны быть caмыe нeзaмыcлoвaтыe, пpocтыe. Hy, вoт и гoтoвo! Гoтoвo кaк paз в тy caмyю минyтy, кoгдa yчитeль, гocпoдин Штaль, нaчинaeт бecпoкoитьcя нa кaфeдpe, нaxoдя oчeнь пoдoзpитeльным бeздeльнoe вepчeниe пepa в пaльцax Poгoвцeвoй." и т.д.).
silent_gluk: (Default)
Забавный момент...
Вот отрывок из повести Чарской "Люсина жизнь" (Чарская Л. - Полное собрание сочинений. - М.: Приход Храма Святаго Духа сошествия; Чтение для русских детей; Издательство сестричества во имя святителя Игнатия Ставропольского; Русская миссия, 2007. - Т.39. - С.325): "- Allons, enfants de la patrie (Идем, дети родины!), - запела на весь лес гимн Армии спасения звонким приятным голосом молоденькая швейцарка, и мы быстро пошли вперед.".
А вот - отрывок из книги А.Бруштейн "Дорога уходит вдаль" (речь идет о попугайчике Кики): "Когда его хозяйка за чем-либо выходит, она поет попугайчику первую фразу "Марсельезы": "Вперед, вперед, сыны отчизны!" И Кики послушно влетает в свою клетку в углу комнаты".
Если верить Горпожаксу ("- "Вперед, солдаты Христа," - тонким голосом запел он гимн "Армии спасения"") - то у Армии спасения гимн хоть и похожий - но другой.
Меня грызет любопытство: что было у Чарской "на самом деле" и почему?...

Profile

silent_gluk: (Default)
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк

June 2017

M T W T F S S
    1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 2425
2627282930  

Syndicate

RSS Atom

Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated June 25th, 2017 10:28
Powered by Dreamwidth Studios