silent_gluk: (Книги-фантастика)
Они же - "Добудь восход на закате" ("Суть _о_строва") и "Что может быть круче своей дороги" ("Суть остров_а_").

Дилогия из "Бабилонского цикла", правда, сам Кромешник там только мелькнет в паре эпизодов.

Мне все же больше нравилось исходное название ("Суть острова"). (Кстати, вот интересно, а в случае с "Кромешником" какое название "исходное"? "Кромешник" или "Побег от ствола судьбы..."?) Во-первых, оно как-то больше... сочетается с названием первой книги. Даже не то что сочетается, а модель, что ли, одна и та же. Название, которое можно "долго грутить и обсасывать", оно будет "переливаться и показывать все новые и новые грани". И само повествование, которое тоже будет показывать новые и новые грани, но не "лингвистические", а сюжетные, психологические, "мироустройственные" (и "пасхальные яйца" тоже будет показывать, но по тупости своей глюк их не увидит). А новые названия - особенно "Что может быть круче своей дороги?" - воспринимаются как тихое издевательство. Особенно если учесть финал. С другой стороны, если "пообсасывать" это название, то можно подумать о двух значениях слова "круче". А смысл первого названия ("Добудь восход на закате") я как-то не очень поняла. То есть "нутром чую", что это что-то на тему "за упадком следует расцвет", "конец одного - начало другого", "соверши невозможное" и т.д., но не поручусь, увы... (ну тупой глюк, тупой, чего вы от животного хотите).

А если о сути - причем не о той банальной, что люди одиноки, подобны островам в океане и т.д. - мне показалось, что судьбы обоих главных героев - отца и сына - как-то мистически связаны. И если в одной все улучшается - в другой, увы...

Интересно, а дом _захотел_ бы стать музеем?..
silent_gluk: (Default)
Лучше, чем предисловие к изданию 1965 года - я не скажу ни при каких обстоятельствах. Поэтому - вот предисловие.
Очень длинная, но стоящая внимательного прочтения цитата )
Для начала - мелкая непонятка. Действие начинается (Русаков освобожден) - в августе 1953 года. Но он ведь и осужден в том же году! ("В августе 1953 года поезд Симферополь — Москва, все реже постукивая на стыках рельсов, приближался к станции Орел. В тамбурах запыленных, раскаленных палящим солнцем вагонов столпились изнывающие от духоты и жажды пассажиры."; "К сожалению, все это происходило в 1953 году, когда самопризнание обвиняемого больше всего устраивало следственные органы, избавляя их от докучливых и сложных расследований.[...] …Прокурор на суде говорил о тяжелых результатах безнадзорности, о вредном влиянии улицы. Он осуждал слабую воспитательную работу семьи, школы, комсомола и требовал приговорить нераскаявшегося Анатолия Русакова к лишению свободы, с содержанием в трудовой колонии для осужденных несовершеннолетних, сроком на десять лет.")
Далее по тексту. Ну что текст... скажем так, он - "откровенно морализаторский". Если бы заменить имена на всякие Н., М. и прочие буквы алфавита - получилась бы "типичная вставка" в книгу по педагогике. Знаете, вот те... "драматические эпизоды" ("Hecкoлькo дpaмaтичecкиx эпизoдoв в cyдьбe нecoвepшeннoлeтниx вы в cвoeй диccepтaции oбpывaeтe шaблoннoй фpaзoй, пoдoбнo, нaпpимep, тaкoй: "A дaльшe... Дaльшe Кoля Ивaнoв пoпaл нa cкaмью пoдcyдимыx и пoлyчил двa гoдa лишeния cвoбoды", или: "B нacтoящee вpeмя Baня Пeтpoв нaxoдитcя пoд cлeдcтвиeм зa coвeршeннoe им пpecтyплeниe, o кoтopoм cкaзaнo вышe...", или: "Boлoдя Cидopoв пpивлeчeн к yгoлoвнoй oтвeтcтвeннocти зa злocтнoe xyлигaнcтвo пo cтaтьe двecти шecтoй, чacть втopaя..."" - И.Лазутин, "Обрывистые берега").
Проблемы в семье - нет достаточного присмотра - подростка пригревает и соблазняет романтикой уголовного мира уголовник - они совместно участвуют в грабежах, кражах и т.д. - "засыпаются" - подросток берет на себя чужую вину (ему обещали, что на суде будут свидетельствовать в его пользу...) - колония. В колонии - борьба за душу подростка (с одной стороны - воровской закон и все такое, с другой - воспитатели).
Кстати, о воспитателях. Тушкан винит в произошедшем с Русаковым не только семью, но и "общественность" (школу - "Чуткие детские сердца во многом угадывали фальшь и неправду. Ребята знали, что можно не выучить урока, стоять перед доской дурак дураком, но если учитель и поставит двойку, то потом, чтобы не испортить картины «стопроцентной успеваемости» класса, уж тройку-то за четверть выведет.", следственные органы - "К сожалению, все это происходило в 1953 году, когда самопризнание обвиняемого больше всего устраивало следственные органы, избавляя их от докучливых и сложных расследований. [...] Так случилось, что ни во время следствия, ни на суде не повстречался ему чуткий и проницательный педагог-сердцевед, который сумел бы без особого труда отшелушить с души мальчика то наносное, что прилипло к ней в «университете» Хозяина."), да и органы "исправительные" ("Мы не будем описывать, как случилось, что Анатолий, вопреки строгим указаниям об обязательном отдалении несовершеннолетних от взрослых преступников, оказался в этой камере." Что характерно, аналогичный момент есть и у Лазутина - правда, там в камеру с несовершеннолетними попадает взрослый-рецидивист, и у О'Санчеса в "Кромешнике". Вообще говоря, иногда появляется такое чувство, что О'Санчес словно полемизирует с Тушканом - и, наверное, со многими аналогичными книгами. Многое "почти так" - только вместо умного и понимающего воспитателя - умный и понимающий рецидивист, и "перековка" идет в другую сторону. И вот еще. Если уголовники у Тушкана и пр. представлены в крайне неприглядном свете, то у О'Санчеса - вполне себе в "положительном". Это не романтизация уголовников, нет... это явно что-то другое... скорее, из серии "если власть имущие не справляются - не хотят или не могут - справиться с проблемами - наркобизнеса и т.д., то остается уповать на уголовников..." Чем-то О'Санчесовские уголовники напоминают милиционеров советских романов...). А у Тушкана уголовники даже с гитлеровцами связаны - что должно, видимо, подчеркивать глубину их морального падения. Но это было давно. А "теперь" к преступникам - судя по книге Тушкана - приходят двумя путями: первый - это несчастье в семье (пьющие родители, скажем... известие о том, что неродной ребенок и т.д.) и "пригревающие" несчастного уголовники; второй же путь - это если семья в принципе благополучная, но есть в ней... такое... убежденность, что всегда можно "договориться", тебя "выручат" и т.д. (небескорыстно, в смысле). Сюда же - мещан и/или спекулянтов можно отнести. Кстати, признаком таких... выходцев "из выкручивающихся семей" можно, кажется, считать "вычурные имена" (Агния, Боб, Поль, Рудольф, Франц - против Анатолия, Нины, Коли, Юры, Витяки, Лени...). Да, и не забудем про стиляг! Они тоже зачастую - из таких семей... Цитата: "Пoгoня зa "кpacивoй жизнью нa aмepикaнcкий лaд" зaкoнoмepнo зaкaнчивaeтcя poкoвыми cвязями c пoдoнкaми и пpecтyпными элeмeнтaми." Еще о преступных элементах. Где стиляги - там и иностранцы, ведь так?... И иностранцы не простые. Стремящиеся клеветать на Советский Союз. ("Лиcнeвcкий yмoлчaл o тoм, чтo зa нeкyю чpeзмepнo ceнcaциoннyю инфopмaцию пoлитичecкoгo xapaктepa, в кoтopoй вce oкaзaлocь клeвeтoй и лoжью, eгo пpeдшecтвeнник был выдвopeн из Coвeтcкoгo Coюзa"). Кстати - Лисневский - какая-то подозрительная фамилия... Не из перемещенных ли он лиц? А может, из эмигрантов...
Что еще можно сказать. Вскользь упоминаются репрессии (вообще, заметно противопоставление "сталинского беззакония" и "эры социалистической законности). Поднимаются проблемы школы и школьного обучения (формализованности пионерорганизации, стиль учебников и т.д.). Кстати, проводится та мысль, что "педагоги-теоретики" не в силах применить свои знания на практике (отец Боба). И эта мысль роднит книгу Тушкана с "Скажите Жофике".
Тогда (конец 1950-х - начало 1960-х), что, была какая-то кампания против "оторванных от реальности" знаний, "науку - на производство" и т.д.?
Забавно еще, что в книге описывается некий прообраз мобильника (микро-рация в формфакторе фонарика)... А ведь книга - не фантастика!

И вот такая проблема там поднимается. Что к вернувшимся из заключения относятся "по умолчанию" настороженно - не на всякую работу примут, не всякая девушка захочет познакомиться (и не всякие родители согласятся с таким знакомством)... И показывается (у Тушкана-то вскользь, более подробно это рассмотрено у Лазутина в "Сержанте милиции"), что такое отношение может даже того, кто уже решил, что "завязывает", подтолкнуть обратно к уголовникам.
Но, с другой стороны, прекрасно можно понять и кадровиков, и девушек - сказать, что "осознал и перековался" - нетрудно, а что там на самом деле?... Кто ж его знает... Потом, пообщавшись, можно и узнать - но для этого надо рискнуть и пообщаться. А если "перестраховщики" окажутся-таки правы?...
И получается некий порочный круг...
silent_gluk: (Default)
Мне кажется, что эта книга - про то, что "человек один не может". Данную фразу - а особенно ее продолжение ("Человек один не может ни черта") - в свое время очень любили критики, писавшие про "Пикник на обочине" (откуда глюк ее и узнал). Правда, они, скорее, имели в виду "социальный аспект" ("единица - вздор, единица - ноль" и т.д.). А тут, видимо, аспект "личностный" - надо, чтобы было о ком заботиться, надо кому-то быть нужным...
И все это - "в обертке" из своеобразного гибрида тюремно-лагерной прозы (не той, что про репрессии и политических, а той, что про уголовников, хотя без политики в определенные моменты обойтись не получается) и "производственного романа" из жизни мафии.
Кстати, вот интересный момент: действие происходит в некой вымышленной стране, в описании которой, тем не менее, прослеживаются параллели со вполне реальными странами (или даже страной?). Но это не раздражает (меня, во всяком случае) - в отличие от многих других современных фантастических произведений, тоже "проводящих параллели"...

Profile

silent_gluk: (Default)
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк

August 2017

M T W T F S S
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 1920
21222324252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom

Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated August 19th, 2017 18:48
Powered by Dreamwidth Studios